Пока в России длился карантин и многие поддавались панике, Ирина Безрукова без дела не сидела и писала автобиографию. И вот, спустя полгода, книга под названием "Жить дальше. Автобиография" поступила в продажу. В ней Безрукова впервые подробно рассказывает о своей насыщенной событиями жизни: о работе в театре и кино, в том числе и о съемках в фильме "Коля", ставшем оскароносным, и о том, что помешало ей побывать на церемонии вручения премии "Оскар" и получить из рук киноакадемиков свой приз. О встречах с великими – Олегом Табаковым, Натальей Гундаревой, Вадимом Абдрашитовым, Михаилом Задорновым, Любовью Полищук, Иваном Дыховичным. О том, как произошло ее знакомство с актером Сергеем Безруковым и как повлияло на ее дальнейшую судьбу. Также и о самых трагических событиях – смерти мамы, которую Ирина потеряла, будучи еще ребенком, и о гибели ее единственного сына Андрея. Для знакомства с новинкой публикуем фрагмент — о выборе Ириной профессии.
Кем же я хочу быть? Я долго не могла определиться с будущей профессией, очевидно было только одно — я на сто процентов гуманитарий. Самой большой энергозатраты требовали математика, химия и физика, все эти бензольные кольца, законы Ньютона и тригонометрии выводили меня из себя. За советом по поводу профориентации я могла обратиться только к бабушке. А бабушка, человек деревенский, простой, к тому же выбивающийся из сил, таща нас на себе, ратовала за рабочие профессии. Понятные, четкие, приносящие деньги. Однажды она сказала мне: "Собирайся, поехали", ничего не объяснив, посадила в автобус, и мы оказались в городе Шахты Ростовской области. Бабушка повела меня в какое-то здание, как потом выяснилось, там располагалось ткацкое училище. Белые бараки, из открытых окон шум и гам, всюду бегают девчонки в платочках и синих халатах, кричат, смеются. Бабушка расплылась в улыбке. Она в свое время была ткачихой, и все это, очевидно, напомнило ей годы ее юности. "Пойдем?" — сказала она и повела меня внутрь. Я вошла и тут же оглохла. Станки производили такой грохот, что не слышно было ничего. Барышни перекрикивались между собой, и лица у них были, как на известном революционном плакате Родченко, где Лиля Брик кричит в рупор. Всюду валяются обрывки ниток, кусочки ткани, и в воздухе висит пыль. Меня оглушило и ослепило, стало нечем дышать, и я выбежала из этого здания, заверив бабушку, что ни за какие коврижки не стану тут ни учиться, ни тем более работать.
Ирина Безрукова в детстве
… я представляла для себя совсем другое будущее. А где? Я еще четко не знала, но вся моя жизнь в тот момент была сосредоточена на театре. Еще учась в пятом классе, я вдруг увидела в нашей школе объявление "Все, кто хочет участвовать в школьном новогоднем вечере, обращайтесь в пионерскую комнату". Я пошла искать эту комнату, долго не решалась войти внутрь, мялась перед дверью, разглядывая носки своих сандалий (уж очень стеснительная была). Но потом набралась смелости, шагнула внутрь и, не давая себе опомниться, решительно произнесла: "Я хочу участвовать, возьмите меня в команду". — "Будешь снежинкой?" — спросили меня присутствовавшие там. "Да!" — "Но только у нас костюмов нет". — "Ничего страшного, я сама сошью", — заверила я, сама, удивившись собственной шустрости. И пошла домой шить костюм.
Ирина Безрукова
Нашла где-то старую, еще из Германии привезённую, тюлевую занавеску, зашила в ней дырочки, накрахмалила, обшила каким-то дождиком, смастерила платье. А для короны позаимствовала салфетку, которую бабушка по старой деревенской привычке набрасывала на подушку. Из алюминиевой проволоки сделала основу для кокошника (видела на каком-то мероприятии такие кокошники на девочках из танцевального ансамбля), натянула на основу эту салфеточку, расшила блестками. Когда я появилась во всем этом великолепии на празднике, женщина, которая руководила детским танцевальным коллективом, разглядывала меня с большим удивлением. Как будто все кругом в кроссовках "Адидас", а я пришла в обуви с названием "Абибас". Ее девочки выпорхнули на сцену в профессионально сшитых костюмах, а я в таком же, но смастеренном буквально на коленке.
А позже я увидела в школе еще одно объявление. Дворец пионеров звал детей в разные кружки и секции. И среди названий "кройка-шитье, макраме, судостроительный, выжигание и радиотехника" я вдруг увидела слово "театральный". И меня как к месту пригвоздило. Я поняла, что хочу туда немедленно…
Ирина БезруковаКниги
