Александра Хазина окончила филологический факультет Санкт-Петербургского государственного университета и получила диплом мастера (М1) на факультете искусств университета Сорбонна-1 в Париже. К открытию Дома культуры "ГЭС-2", Саша вместе со своей командой готовит обширную публичную просветительскую программу, которая будет идти параллельно с основной. На данный момент публичная программа включает 183 мероприятия, и предполагает вовлечение аудитории до 10 000 человек.
Саша, расскажите как вы пришли к тому, чем занимаетесь сейчас. Можете вспомнить тот момент, когда точно поняли чем хотите заниматься?
Я из Петербурга – это город колоссального культурного снобизма, гордости и обособленности. Я воспитывалась в семье, которая была основательно погружена в культурное производство: мама работала во Французском институте и привозила в Россию немыслимые для 90-х проекты, а восьмилетней мне иногда перепадало вынести цветы актерами или музыкантам в конце представления. Восемь лет подряд школьницей я ходила в воскресный искусствоведческий кружок Эрмитажа и выучила музей вдоль и поперек. Став постарше, я стала много путешествовать – часто одна. И в каждом городе я шла в какой-нибудь музей, так музеи становились моим "домом за пределами дома", потому что там меня встречали какие-нибудь старые знакомые – Древняя Греция, Европейское Средневековье, шумерская клинопись, Египет, да и сама территория была давно известна: входная стойка с информацией, аудиоэкскурсии, музейное кафе, музейный магазин. Из этого всего во мне сложилась и вера в культуру, и, главное, вера в институции – которые привели меня к тому, чем я сейчас занимаюсь.
Египетский зал в Эрмитаже
Институции нового типа играют роль социального агента сегодня, в чем вы видите миссию "ГЭС-2"?
– Для меня наша главная задача – развеять ауру элитарности, которой окутано все, что связано со словом "современный". Это значит в первую очередь создать среду, которая будет комфортна для самых разных людей – доступна физически и интеллектуально. Нужно помнить о том, что есть люди, которые передвигаются на колясках или с детьми на колясках, кураторские тексты – зачастую нарочито сложное чтение, которое недоступно ни человеку без философского образования, ни тем более ребенку или человеку, для которого русский не первый язык – и так далее. Наш зритель – это не только молодой московский студент, одетый в черное – это самые разные люди. Собственно, сам формат Дома культуры уже декларирует совсем иной разговор об общественном пространстве: Дома культуры живут за счет бурлящей в них активности, тогда как стерильный white cube прекрасно смотрится и без посетителей.
"Проспект" "ГЭС-2", который откроется в этом году на Болотной набережной. Предполагается, что это пространство в разное время может быть заполнено выставками, маркетами, показами и перфомансами, что не помешает свободному проходу посетителей Дома культуры
Можно ли сказать что в прогрессивных институциях происходит смещение акцента от развлечения к образованию и рефлексии?
– Я бы не сказала, что происходит смещение от развлечения к образованию, они вообще уже давно смешались в edutainment – обучение через игровые, развлекательные технологии. Просветительский бум, начавшийся с середины 2000-х, продолжает набирать обороты в крупных городах, где у людей есть свободное время. Конечно, просветительские проекты существуют в ином режиме, чем образование, они его дополняют и расширяют, потому что они гибче: они имеют возможность гораздо быстрее реагировать на меняющийся мир и актуальную повестку. Образовательный курс в университете проходит производственный цикл в 1 год, прежде чем запустится, а дискуссию с экспертами можно сделать за 1 месяц. Кроме того, в нашей стране университеты – это закрытые микрогосударства, и просветительские проекты – это возможность популяризировать то знание, которое не доступно тем людям, которые не готовы поступать на медицинский факультет просто для того, чтобы разобраться с тем, как работают антибиотики. Попытка ограничить просветительскую деятельность – это огромная беда для всех. Мы так же, как и многие, стремимся построить мостик между “экспертным знанием” и нашей аудиторией. Но мы существуем в поле современной культуры, для нас в принципе важен разговор о том, что такое знание – мы пытаемся проблематизировать сам процесс “обучения” и здесь нам в помощь – художники и теоретики, которые уже давно рефлексируют на эти темы.
Метамодернистский роман "Бесконечная шутка" повествует о событиях, происходящих в одной из версии будущей Америки и касается самых разных тем: общество потребления, наркотическая зависимость, депрессия, жестокое обращение с детьми, семейные отношения, популярные теории.
Можем ли мы говорить о получении знания через телесные практики? Кто такой эксперт вообще, может быть нам не нужен эксперт, а нужна более горизонтальная практика, “невежественный учитель”? Мы апеллируем скорее к любознательности каждого человека и верим, что процесс познания происходит зачастую вне специально созданных рамок будь то учебный класс или кураторский текст.
Сейчас посетителям не хватает не только впечатлений, но и заботы…
– Мы часто говорим о том, что мы институция заботы. Для меня это значит, что наш приоритет – не единоличная игра, а участие в сложных процессах. Мы – часть взаимосвязанных экосистем: современное искусство как рынок, культурные институции в нашей стране и в мире, российская культурная политика, взаимодействия куратор-художник-проект-потребитель культуры, роль зрителя, просветительство, образование и lifelong learning, экономика досуга. Мы видим себя как звено огромной паутины взаимоотношений, где мы должны уважать и понимать позицию самых разных участников. Мы привлекаем в наши проекты авторов из самых разных областей, работающих над разными проектами и часто очень небольшими инициативами. Для нас важно стать местом встречи – чтобы благодаря нам возникали сотрудничества, которые выходят уже за пределы непосредственно наших взаимоотношений – чтобы оно жило своей жизнью. Если говорить о посетителях, то для нас первостепенно уважение к индивидуальности. Но это красивые слова, которые на практике выливаются в то, что, учитывать разные запросы бывает достаточно трудно. Мы, например, ломали голову над детскими проектами, потому что соцопросы показали, что родители от культурной институции хотят двух вещей: качественно провести время с ребенком или оставить ребенка в игровой комнате и провести время самостоятельно – сходить на выставку или в кафе. Логично, что эти вещи противоречат друг другу – но мы не можем отдавать приоритет тем или этим, потому что для нас важна как свобода выбора родителя, так и межпоколенческое общение и семья. О результате мы объявим позже, но в результате решение нашлось.
Есть ли прямая связь между повышением уровня образования и улучшением качества жизни?
– Показатель качества жизни складывается из многих параметров – его считают по-разному, но везде есть похожий набор: образование, гражданские права, доступ к разнообразной информации, доступ к медицине, самореализация, отсутствие конфликтов в стране. Показатели дохода тоже зависят от уровня образования – про это есть интересные публикации. Мы обеспечиваем просветительские проекты – это не образование, а скорее попытка поймать современность за хвост, потому что все мы живем в сконструированных нами информационных пузырях. Я бы хотела, чтобы у нас школьники рассказывали пенсионерам про тикток и записывали ролики, современные философы отвечали на вопросы неподготовленной публики, а каждый посетитель мог сказать "мне это не нравится" – и про это можно было бы поговорить. Мне кажется, что просвещение должно помогать преодолеть разобщенность (хотя бы информационную), в которую мы, по многим причинам, как будто все больше и больше погружаемся. И я верю, что именно это приятие и совместность могут сделать мир лучше, и повысить качество жизни как следствие.
Кадр из фильма "Думаю как все закончить" Чарли Кауфмана – экранизация романа Иэна Рейда 2018 года
Какие книги, фильмы на вас произвели впечатление, заставили встряхнуться, почувствовать прилив сил?
– Я не смотрю фильмы и не читаю книги для того, чтобы почувствовать прилив сил. Но я очень люблю книги и фильмы от которых в какой-то момент хватаешься за голову со словами: "А что вообще происходит?". Например, "Бесконечная шутка" Дэвида Фостера-Уоллеса или "Врожденный порок" Пола Томаса-Андерсона, или из недавнего – "Думаю, как все закончить" Чарли Кауфмана.
Риз Уизерспун и Хоакин Феникс в комедийной драме "Внутренний порок". Главный герой, Ларри Спортелло – частный сыщик, ведущий образ жизни хиппи. Его разыскивает бывшая подруга, но вскоре женщина исчезает вместе со своим новым богатым поклонником. Ларри расследует дело.
Риз УизерспунКиноТеатрКнигиХоакин Феникс
