Казалось бы, мне столько лет, но я все еще учусь любить. Кто-то может осуждать, сказать: "Стас, тебе 40 лет, пора бы точно знать, чего ты хочешь от жизни, а тем более от отношений". Но если с жизнью я разобрался, то с любовью дела обстоят сложнее, потому что я слишком часто попадал в эту иллюзию, не понимая, что есть реальные чувства, а что – моя зависимость от человека или образа, в котором я его себе представил. Любовь – это крутой процесс, но, идя на поводу у гормонов или мечтах об отношениях, можно угодить в созависимость, где когда-то оказался я сам.
Если брать по аналогии, то есть люди зависимые, например, от алкоголя, а созависимый зависит от чувств, таких же интенсивных, какие вызывают запрещенные препараты: отверженность, покинутость, тревога, страх, злость, стыд к своему зависимому партнеру. То есть созависимость – это отношения, построенные на болезненной привязанности.
Вообще термин "созависимость", если говорить научным языком, принято называть пара-алкоголизмом. Это значит, что кто-то, будучи алкоголиком, передал алкогольное мышление – страхи, эмоциональный хаос, запрет на какие-то чувства либо, наоборот, угрозы – трезвому человеку. И теперь ему необходимо употреблять внутренние "наркотики" – гормоны, в основном, адреналиновой группы, чтобы ощущать себя живым, нужным и любимым.
Помните выражение, что любовь опьяняет? Не такая это и метафора, только теперь вы знаете, что это очередная вредная привычка, проблема, с которой нужно бороться, а не "наслаждаться послевкусием".
Кто-то может наслаждаться контролем? Возможно, вы будете искать человеку оправдание, прикрывая тем, что он заботится и переживает, дорожит вами и боится потерять. Но если партнер слишком сильно вас контролирует – это первый (признак) звонок, потому что одно из правил созависимости, как и дисфункциональности, звучит так: "Не доверяй, не говори, не чувствуй":
- "Не чувствуй": человек придумал себе некий идеал и надевает его на другого человека, то есть общается не с живой личностью, а со своей проекцией, потому что не чувствует того реального, что от него исходит.
- "Не доверяй": созависимый человек не доверят партнеру. Он будет его проверять, звонить и писать сотни раз в день, лезть в его телефон, контролировать, с кем общается, как смотрит на него, обращает ли внимание. Вчера сказал больше слов? Это уже повод серьезно напрячься и, возможно, вынести мозг!
- "Не говори": в здоровых отношениях люди проговаривают свои чувства и говорят о том, что им не нравится и нужно изменить. То есть, решают проблему через призму обнаружения чувств, а затем проговаривания, опять же, через чувства, что именно это мне не нравится, и я злюсь, когда ты делаешь вот так. В созависимых отношениях же подразумевается, что есть реагирование, но нет действий. Все копят агрессию, злость и живут в этой интоксикации, иногда выпадая в истерики, но говорить откровенно, на 100 процентов спокойно о любых своих чувствах не могут. Как правило, созависимые имеют на это внутренний запрет, и с этим надо работать.
Роли в таких отношениях распределяются следующим образом: один человек – созависимый, другой – зависимый, один – спасатель, другой – палач, или один – палач, а другой – жертва, такой треугольник, и могут меняться ролями. И, на самом деле, иногда спасатель является более токсичным, чем палач или жертва. Для наглядного примера представьте вертикальную линию: это строение созависимых отношений, где всегда кто-то сверху, а кто-то снизу. Роли могут меняться, но модель остается. Например, муж "давит" на жену, она становится жертвой, а затем она сама вырастает в агрессора и подавляет мужа, переместившись наверх по вертикальной линии. Такие отношения всегда будут строиться по схеме, где меняется только "власть". И эта схема является токсичной не только для отношений, но для здоровья и жизни.
Правда в том, что чем эмоциональнее, чем тяжелее эти отношения, чем больше в них боли, чем плотнее закрыты двери, тем больше созависимый стремится в них и не понимает, что там, где очень много боли, страха, эмоционального перевозбуждения, любви быть не может. Любовь – это, скорее, про принятие и смирение, и она всегда начинается с себя. Созависимый себя априори любить не может, потому что он растворяется в отношениях, теряя собственную личность, попадая в некую родительскую схему отношений, когда созависимая женщина – мамочка или дочка – постоянно спасает или угодничает, контролирует родственников мужского пола. Все это – манипуляции, виды употребления внутренних "наркотиков" (гормонов ), которое, как правило, плохо заканчивается.
В созависимости я наношу себе ущерб, и, скорее всего, этот ущерб наносится в двустороннем порядке, потому что сталкиваются две личности, между которыми возникает либо слияние, либо отношения. Чаще слияние, потому что созависимость процветает, и многие люди готовы оправдывать любовью неподобающее поведение партнера вместо того, чтобы признать наличие проблемы. А она есть, потому что созависимость – это психическое заболевание, любовь – это чувства.
Если вы в созависимых отношениях, значит, вы сами являетесь их частью. Вы либо зависимый, либо созависимый. Я впадал в созависимые отношения, когда встречался с более эмоционально холодным человеком чем я сам, покидающим, напоминающим фигуры из моего прошлого. И в силу того, что этот человек воспитывался в семье где, допустим, было не принято проявлять чувства вообще, я брал на себя эту роль и, следуя правилу "Не доверяй, не говори, не чувствуй", контролировал, проживал боль, худел, плохо себя чувствовал.
Если вы в созависимых отношениях, выздоравливать надо вам, "лечить" партнера бесполезно, потому что, в первую очередь, больны вы сами. Пока мы не поменяемся, так и будем притягивать только созависимые отношения либо абьюзеров и глубоко травмированных людей. Пока мы не станем здоровыми, мы не притянем ничего более здорового к себе. Жестко? Но это правда. Мы даже не посмотрим в сторону более здорового, потому что наша химия, наш гормональный фон, который привык к определенной модели, просто не сработает и не включится на здорового человека, он покажется не привлекательным, не сексуальным и не интересным. Только все больное будет привлекать человека до тех пор, пока он созависим.
И выход из этих отношений только один – пойти к специалисту, на групповую терапию или в анонимные группы. Постепенно, по мере "выздоровления", все начнет меняться само, вместе с тем как будут меняться взгляды, умение чувствовать и реализовывать свои чувства.
У меня все просто. Я в принципе имею роль зависимого, учитывая свое прошлое, и чаще это моя роль и в отношениях. Если нет компонента "покидания", вторая сторона всегда являлась созависимой, она меня контролировала, мною болела, переживала, страдала, но продолжала находиться в этой нездоровой конструкции. Потому что ни один из нас по-другому не мог.
Последние годы я выздоравливаю, а это долгий, но очень обнадеживающий процесс, и я стараюсь как бы не быть в созависимости, хотя не могу сказать, что я смогу от этого полностью избавиться. Я могу максимально это видеть и быть на своей здоровой стороне, но у меня всегда будет оставаться некая зависимая и созависимая часть. Просто потому что это часть меня, которую я принял. Принимать себя – это тоже очень важно.
Я выздоравливаю и стремлюсь выстроить горизонталь – взаимозависимые отношения, когда два человека не борются за власть, а находятся в одной плоскости. Равные люди с равными правами, которые распределяют между собой некие обязанности и привносят в эти отношения то, что может каждый из них, и ценят за это друг друга. Умение выстраивать отношения по горизонтали, говорить о своих чувствах, отстаивать свои границы, быть честным, уметь слушать и проявлять сочувствие и эмпатию – это целая наука, которую я все еще изучаю. Но осознание – это первый шаг к решению проблемы.
Стас Пьеха
